Шоубиз или медные трубы (продолжение 4)

С площадки я поехала за подарком, потом ещё успела забежать сделать маникюр и причудливую причёску. Дома долго стояла перед шкафом с одеждой, размышляя, чтобы такое надеть, дабы выглядеть «нарядненько». И придумала - моё выпускное платье. Если с него срезать все цветочки и рюшечки, получится очень мило. Скромненько и со вкусом. К нему мои любимые туфли на шпильках и я буду выглядеть не как выпускница, а как ее старшая сестра.
Платьице нежно-бирюзового цвета, на тоненьких бретельках. В нём мои глаза становятся совсем зелёными, а цвет волос выглядит ещё рыжее. К тому же оно очень выгодно подчеркивает мою стройную фигурку.
«Нимфа!» - сказала я своему отражению в зеркале, слегка накрасила ресницы и подчеркнула губки, снова оценила себя и, оставшись довольной своим внешним видом, выбежала из своей квартиры.
До дома Антонины я добралась довольно быстро, по меркам вечерней Москвы с ее вечными пробками. Правда, меня слегка измяли в общественном транспорте. Ну, не страшно, сделаем вид, что так и задумывалось. Этакий легкий хаос.
Дверь мне открыла сама именинница, я, насколько могла, торжественно поздравила ее и вручила подарочек. Она поблагодарила и жестом указала мне куда проходить. На этом официальная церемония поздравления, к моей радости, закончилась. Ну, не умею я говорить длинные речи с красивыми оборотами, потому всегда в своё скромненькое «поздравляю» стараюсь вложить всю теплоту и искренность.
Я прошла в зал, осмотрелась. Народу было уже немало, а гости всё ещё прибывали нескончаемым потоком. Я сразу заметила - ни одного срезанного цветочка в вазах, а только комнатные в горшках.
«Спасибо Володенька! Теперь я твоя должница!».
И тут мой взгляд упал на Вершникова. Я опять пришла в негодование, ведь, могло очень нехорошо получиться - я могла испортить настроение имениннице. Это уже не просто шутки, это подстава чистой воды. И я решительно направилась к нему, выяснить всё до конца.
- И как это понимать? - начала с места в карьер.
- Ты о чём? - удивился он, якобы не понимая.
- Не делай невинные глазки. «Антонина обожает тюльпаны»? - я была в ярости.
Он в ответ расплылся в довольной ухмылке:
- Тебе так идёт злиться!
- Ты мне зубы не заговаривай. Ты зачем меня обманул?
- Обманул - это громко сказано. Я пошутил.
- Хороши шуточки! Я могла человека обидеть!
- Ну, во-первых, она бы не обиделась, во-вторых, ты же не принесла цветов, а в-третьих, так забавно наблюдать, как ты злишься!
- Так ты забавляешься!
- Танюш, ты великолепна в гневе: глаза горят, волосы торчком!
- Шут, гороховый! - выдала я ему своё заключение.
И, смерив его пренебрежительным взглядом, эффектно развернулась на каблучках и гордо удалилась.
«И чего это я с ним разбираться вздумала? Ну, его! Только настроение себе порчу».
Но к зеркалу я, всё же, подошла и поняла, почему он так веселился. Волосы у меня, действительно, торчали в разные стороны, от причёски почти ничего не осталось.
Я тут же ретировалась в ванную комнату, вынула шпильки из волос и просто расчесалась.
«Вот теперь - хороша! Пусть только попробует что-то гадкое ещё ляпнуть».
Когда я вышла из ванной, над самым ухом прозвучало таинственно и в то же время сексуально:
- Так гораздо лучше!
- Вершников! - я чуть не подскочила. - Ты что, за мной следишь?
- Неееет, - протянул он. - Я просто, случайно, всё время попадаюсь у тебя на пути.
И загадочно прищурился:
- Может, это судьба?!
- Этого мне ещё не хватало! - я закатила глазки и отошла от него.
Меня начал беспокоить интерес ко мне и эта его манера наклоняться и говорить на ушко, обжигая дыханием шею. До сих пор «мурашки» по ней бегают. Надо держаться от него подальше.
Я пошла к девчонкам, которые бурно что-то обсуждали. Заметив моё приближение, Заинька отделилась от «стайки» и схватила меня за руку:
- Где ты ходишь? - и, не дожидаясь ответа, она потянула меня к ним присоединиться.
Сразу же беспокойным шёпотом стала докладывать последние события. Оказывается, Вершников не только надо мной пошутил. Под его удар попал ещё молоденький статист и девчонки костюмеры. Но Ольга Ивановна, видимо, готовая к подобному развитию сценария, быстро уладила неловкость - цветы, которые они принесли, тихонько выбросила и вручила им по поздравительному конвертику с деньгами, как подарок, им потом из зарплаты вычтут. Проблема подарка была решена, а легкий конфуз обращен в шутку.
Я оглянулась и посмотрела внимательно на Влада: «Что он за человек? Как можно так над людьми издеваться?!»
В этот самый момент он мило беседовал с Антониной. И я, с удивлением, поняла, что у них очень теплые дружеские отношения. Она взяла его за ухо и в шутку оттаскала, как нашкодившего котенка. Кажется, Тоня знает, чьих рук все проделки и совсем не в обиде на шутника.
«Ничего не понимаю... Хотя, это их дело, пусть что хотят, то и делают. Мне то что...»
В этот момент моё внимание и внимание почти всех присутствующих переключилось на шум в коридоре. И вошла она - Стрельникова! В белом платье, вся такая накрахмаленная и напомаженная! Все взоры обратились в её сторону. Мужчины восхищённо открыли рты.
«Вот странно? Почему все мужики так неравнодушны к блондинкам?! Загадка... И понимают же, что все анекдоты о них неспроста, но, тем не менее... Или это так удобно, когда рядом с тобой не очень умное, но красивое создание?».
Пока я искала ответы на эти глобальные вопросы, торжество уже шло полным ходом. Шампанское лилось рекой. Но я его не люблю, сначала оно неприятно щекочет в носу, да и потом ведет себя очень коварно: когда его выпиваешь мало - болит голова, когда много - теряешь память. И вот где она, эта золотая средина?!
- Танечка, давай мириться! - Вершников опять подкрался незаметно.
У меня даже сердце ёкнуло.
- А мы с тобой и не ссорились, - отвечаю довольно грубо, чтобы побыстрее от него отделаться.
Но не тут-то было, он даже не собирается уходить:
- И все же, ты на меня обижена. Я вижу это. Давай - за примирение!
- Нет, спасибо! Мне нельзя пить, шампанское на меня плохо действует.
Последняя фраза была явно лишней. А для Вершникова она послужила сигналом к действию.
- Да, перестань, это же компот, - с самой добродушной улыбкой он протягивает мне бокал с предательским напитком.
Я немного колеблюсь, но потом соглашаюсь:
- По чуть-чуть.
Мы выпили по чуть-чуть. Потом ещё по чуть-чуть, потом еще...
- Нам вместе ещё долго работать, а ты меня на дух не переносишь. Давай исправлять это положение, - только я поставила бокал, как он его наполнил.
- Ты меня хочешь споить?! - догадалась я.
- Даже в мыслях такого не было! За кого ты меня принимаешь? - и одарил меня самым невинным взглядом.
- Ага, ты еще «честное пионерское» добавь! Нееет, теперь я знаю, что ты за человек. Говоришь вроде искренне, а у самого только пакости и злые шуточки на уме! Но скажу по секрету - тебя глаза выдают. Так что дам тебе дружеский совет, помнится, я тебе должна один, ты поработай над этим.
«Ой, кажется, мне уже хватит пить... Я начинаю резать правду-матку».
- Танечка, ну что ты! У тебя сложилось обо мне неправильное представление. Давай за нашу дружбу! - и подносит мне еще бокал. - А вот за совет спасибо, учту.
Смотрю на него: «А и, действительно, он такой милый... И с чего это я так его невзлюбила? Ууууу, а я набралась! Вершников уже нравится начал... С этим надо что-то делать...»
Я сделала шаг в сторону и пошатнулась, чтобы удержать равновесие мои руки автоматически взлетают вверх, а вместе с ними и бокал шампанского. Жидкость из него от резкого движения выплеснулась куда-то мне за спину.
- Ой! - я обрела равновесие и спросила у Вершникова, боясь оглянуться: - Я никого не облила?
Он не ответил, но его взгляд был красноречив. Влад ошарашено смотрел как бы сквозь меня, на того, кто был сзади. Я медленно повернулась. Это был полный капец!
За мной стояла Стрельникова, обтекая от шампанского, и метала глазами в меня молнии.
«Это ж надо было попасть именно в неё! Я не специально, честно!»
- Прости! - я схватила первую попавшуюся в руки салфетку и начала тереть пятно, от чего оно только увеличилось. - Я не хотела! Я сейчас всё вытру! Я всё вычищу! Я всё выстираю! Ты только не волнуйся!
От такого безобразия Диана потеряла дар речи, но по её глазам я видела, что она сейчас меня убьёт. Её красивое белое платье было испорчено. Она со злостью оттолкнула мои руки от своего наряда и хотела уйти, наверное, в ванную.
Но тут мне в мою нетрезвую голову пришла «гениальная» идея:
- Диана, а давай мы с тобой поменяемся платьями, и я буду ходить вся облитая.
Она смерила меня презрительным взглядом с ног до головы.
- На меня твоё платье будет велико, - и расплылась в злобной ухмылке.
Это она так намекнула, что я толстая. И тут меня понесло:
- Да, действительно, прости, я не подумала, у тебя ж ни одной округлости, оно просто свалится.
Вокруг захихикали, я и не заметила, что весь зал собрался на нас поглазеть.
- Ты что несёшь? - зашипела она.
- Ой, нет, я не то хотела сказать. Я когда выпью у меня такое косноязычие просыпается. Говорю всю правду в глаза.
Опять послышались смешки.
- Ой, то есть, я говорю всякий бред. У тебя красивая фигура, модельная, всё как положено: ноги... такие длинные, руки - есть... всё на месте.
- Ты что, дура? Пойди, проветрись! - не сдержалась звезда.
Народ уже откровенно хохотал.
-Я опять что-то не то несу. Я хотела сказать, что у тебя стройная фигурка, как у моделей, любое платье будет хорошо смотреться, как на вешалке.
Это было последней каплей.
Стрельцова с неожиданной прытью вцепилась в лямки моего платья, и они затрещали. Она так меня дёрнула, что лямки оторвались сзади, платье в мгновение ока соскользнуло с меня, я успела поймать его только на талии. И всем взорам открылось моё кружевное бельё. У меня же промелькнула только одна мысль: «Хорошо, что новенькое одела. Красивое!»
Я в спешке старалась придать своему наряду хоть какой-то более-менее приличный вид, всё время себя успокаивая: «Ну и что, что все увидели? Зато теперь знают, что у меня всё моё, натуральное! Ничего накладного. А вот у Стрельцовой... Ещё вопрос, если я её раздену не отвалиться ли чего-нибудь...». Я таки приспособила платье и завязала бретельки сзади на шее.
- О! Так даже интересней! Смотри-ка, ты мне платье перекроила, получился довольно милый фасончик, - я делала вид, что ничуть не смутилась таким конфузом, назло торжествующей Диане.
И только хотела добавить ещё пару колкостей, как меня сзади кто-то взял за талию и принудительно вывел на балкон. Я пыталась сопротивляться, но всё бесполезно - держали меня крепко.
- Татьяна, я тебя теперь буду брать на все вечеринки, - это был ухмыляющийся Вершинков.
- За что такая честь? - не поняла я.
- С тобой не соскучишься. Клоунов заказывать не надо, плюс к этому стриптиз, и всё в одном лице и к тому же бесплатно. Надо просто напоить Татьяну Михельсон, и весёлый праздник вам обеспечен.
- Очень смешно, - обиделась я. - Я тебя предупреждала, что мне пить нельзя. А ты заладил: «Это же компот, компот!» - перекривила его и икнула.
Он опять рассмеялся.
- Ты неподражаема!
- А ты и не подражай, - надув губки ответила я и добавила: - Все равно не получится!
На балкончике оказался, как никогда кстати, стульчик. Прямо для меня, а то что-то мои ноги плохо меня держат. Я уселась довольная и расслабилась.
Вершинников присел рядом, обнял руками стул, и стал меня нагло рассматривать. Я сначала внимательно проследила, чтобы он меня не касался, а потом возмутилась:
- Не надо на меня так пялиться, я - не экспонат в музее.
Он хмыкнул.
- Танюх, ты, должно быть, понятия не имеешь, какая ты красивая!
«Чего это он?!» - удивилась я, но сердце предательски екнуло.
- Аааа, - до меня, наконец, дошло. - Я тоже знакома с искусством пикапа. Не надо на мне отшлифовывать свое мастерство, иди, тренируйся на... кошках!
Влад опять рассмеялся.
«Что я такого смешного сказала?!»
А он опять за своё - уставился на меня, как кот на сливки.
«Чего-то мне резко с вами стало неинтересно... И так домой потянуло».
- Пойду я, - попыталась встать, но он не пустил.
- Куда ты в таком виде пойдёшь?!
- Домой... Я сейчас сделаю трезвое лицо...
И я попыталась сделать.
Это рассмешило Влада до слез.
- Тебе можно «Оскар» давать за «трезвое лицо».
- Не надо «Оскара» согласна на «Нику»..., это уже где-то было..., - после этих слов я уверенно поднялась и твердо зашагала в нужном направлении, то есть к двери. Вершников вынужден был отступить перед моим напором.
- Подожди, я тебя проведу, чтобы ты опять чего не натворила, - сказал мне вдогонку.
Он вывел меня из квартиры именинницы и поймал такси.
До моего дома доехали довольно быстро, он расплатился и мы поднялись на мой этаж.
«И чего это он взялся меня провожать, я и сама могу..., не нравится мне его поведение».
- Ну, вот мы и пришли. Это моя квартира, - начала я, давая понять, что пора прощаться, но вдруг, вспомнила: - Влад, а ты почему тогда в кафе не пришёл? Я ждала...
«Блин... И зачем я это ляпнула?... Эх, вырвать бы «грешный мой язык»! Что же ты меня так подводишь весь вечер?!»
- Ждала? - спросил Влад крайне удивленно, и посмотрел на меня так, как будто я - египетская принцесса.
А так как я, в ожидании ответа, молчала, но смотрела очень грозно, он попытался оправдаться:
- Просто, ты мне тогда показалась такой серьёзной. Не думал, что ты...
- А я оказалась легкомысленной и припёрлась. Так почему тебя не было? - не унималась я.
- Так, я был. В тот день съёмки затянулись, я прибежал уже около девяти в кафе, и естественно, что тебя уже не было.
«Вроде не врёт. Ладно, проехали...»
- Я пойду...
- Не пригласишь на чашечку кофе?
- Нет, тебя ж нельзя ко мне впускать.
- Это почему? - удивился он.
- А потому что я дома одна, родители укатили на дачу.
- И что? - ещё больше удивился он.
- Так ты же бабник! - теперь была моя очередь удивляться, как же он элементарных вещей не понимает.
- Кто тебе сказал подобную глупость?
- Все говорят.
- Это у меня образ такой, имидж что ли...
- Ааааа, а на самом деле ты не...
- Неееет... - протянул он. - Я очень порядочный, культурный и воспитанный! Словом, идеал!.
- Ага, так я тебе и поверила.
Мы смотрели друг другу в глаза и мне вдруг захотелось...
- Влад, а поцелуй меня.
Он улыбнулся и уже потянулся ко мне губами.
- Стоп! - остановила его я, когда он почти прикоснулся. - Это я не подумав, ляпнула. Это не я сказала, это шампанское! Не надо меня целовать! И вообще, мне пора! - я развернулась уходить, меня вдруг охватила такая паника. «Надо быстрей от него бежать!»
- Подожди, - не хотел отпускать он. - А если тебе ночью станет плохо, кто тебе поможет?
- А... ну...
- Я могу и на кухне, на раскладушке... - не сдавался Влад.
- А у меня нет на кухне раскладушки.
- Тогда на диванчике. У тебя же есть диванчик?
- Есть, - чисто автоматически ответила я, и меня опять начали охватывать странные чувства.
- Ну, вот...
- Нет, я не могу тебя впустить. Это ж как козла в огород... Ой, прости, я не это хотела сказать... Ты, конечно же, не козёл... Это такое образное выражение...
- Я понял, - сказал он с обидой в голосе.
- Ой, я опять... Это не то... Прости, это всё шампанское! Оно меня делает такой идиоткой, язык начинает сильно опережать мозги... - я ещё хотела кучу слов добавить в своё оправдание, но запнулась о его взгляд. Он так смотрел!!!
«Сейчас что-то произойдёт!!!» - сигнальной ракетой пронеслось в моей голове.
- Мне пора! - я развернулась и с остервенением принялась открывать дверь своей квартиры, но она, как назло, не поддавалась.
Влад спокойно отодвинул меня, взял ключи из моих рук и сразу же открыл.
- Спасибо! Пока!
Я уже сделала шаг в квартиру, как он остановил за руку:
- А поцеловать на прощание?!
- Не стоит. Поцелуй может перерасти в нечто большее, а нам это не нужно.
- Врёшь ты всё, Танька, твои мозги и под шампанским хорошо соображают, - он развернулся и ушёл.
«Соображать-то они соображают, вот ещё бы язык не выдавал... Да... Штирлица из меня не выйдет. Мне даже не надо будет вводить сыворотку правды, чуть-чуть шампанского и я сама всё выложу, как на духу».

Надежда Тарасенко

Продолжение см. на стр. Шоубиз или медные трубы (продолжение 5)

Смотрите так же

Шоубиз или медные трубы (продолжение 3)

Шоубиз или медные трубы (продолжение 2)

Шоубиз или медные трубы (продолжение 1)

Шоубиз или медные трубы

Шоубиз или медные трубы (продолжение 7)

Комментарии

Надежда // 06-01-2012 08:10:54

Шоубиз или медные трубы (продолжение 5)
Утро нового дня для меня началось со звонка будильника. Я сладко потянулась, не открывая глаз. Как же не хотелось покидать приятые объятия Морфея... А они точно были приятными, в этом была уверена. Хотя сейчас и не могла вспомнить, что же мне снилось, но на душе все еще было тепло, уютно и радостно.
Радость сменилась чувством глубочайшего стыда, как только я вспомнила события вчерашнего вечера. «Как я могла? Сколько раз себе обещала так не пить. Ну, надо ж было... Ещё и в новом коллективе... Что обо мне люди подумают...»
Уж лучше ничего не помнить о том, что вчера натворил. Вспоминается крылатая фраза из моего любимого фильма: «Пить надо меньше! Меньше надо пить!» Как же прав был Женя Лукашин... Надо меньше пить...
Но работу никто не отменял, потому я собрала весь свой стыд и позор в узелок и пошла, как на заклание.
Внутренне уже приготовилась слышать отовсюду смешки и перешёптывания, но ничего подобного не происходило. Нет, на меня, конечно же, посматривали искоса с загадочными улыбочками, но никто ничего не отпускал в мой адрес. Меня немножко попустило. Может не всё так плохо, как я себе надумала? Даже Антонина тепло улыбалась. Мне захотелось перед ней извиниться за испорченный праздник, и я подошла к вчерашней имениннице... (сокращено)

См. начало на стр. Шоубиз или медные трубы


Оставьте комментарий

- Имя (обязательное)

- E-Mail (обязательное)